«Тут ровно сорок девять предложений»: как бездомный выучил историю домов и стал водить экскурсии по Невскому

Вячеслав Раснер ориентируется в Петербурге и любит город точно так же, как свой собственный дом, которого больше нет. 9 лет назад, как и многие наивные и доверчивые люди, он оказался на улице. Благодаря случаю бывший учитель географии стал одним из самых популярных экскурсоводов Северной столицы. Как это произошло — в материале Sinkabout

— К девяти-то приехать не получилось? А я уже собирался уходить! — насмешливо интересуется Вячеслав Раснер, перевешивает пакет на другой локоть и шаркает в сторону Невского. У него внимательные голубые глаза, клочковатая борода и волосы, торчащие из-под шапки. Самый известный экскурсовод Петербурга без единой запинки, «по-профессорски» говорит о каждом доме по 10 минут, притормаживает, чтобы вплести историческую шутку, и уверяет всех вокруг, что главная причина его успеха — чистая речь без затяжных «э-э-э». Когда-то Вячеслав Романович объехал весь Советский Союз, а теперь из других городов и стран приезжают к нему. Приходят на экскурсии с друзьями и пишут отзывы в Сети. За несколько лет — ни одного плохого. Вячеслав Романович и сам знает: он хорош, он — первый экскурсовод-бездомный Петербурга.

Фото: Sinkabout

О бездомном экскурсоводе, который знает и любит Петербург, точно свой собственный дом, несколько лет назад стали рассказывать в социальных сетях. У Вячеслава Раснера уже появились свои поклонники, но «звёздной болезнью» он не страдает. 68-летний учитель географии ведёт довольно аскетичный образ жизни. При себе только телефон, на который с утра до вечера звонят желающие попасть на экскурсию. На вечерний звонок корреспондента Sinkabout Вячеслав Романович, или, как его ещё называют за седую бороду, петербургский Дамблдор, ответил не сразу. Как оказалось — режим: ложится спать уже в семь вечера. Каждый день, кроме воскресенья, когда ходит в церковь, в снег, дождь или зной ждёт желающих увидеть Северную столицу глазами человека, для которого всё пространство города — это не просто культурная цитадель или огромный памятник, а настоящий и единственный дом.

Фото: Sinkabout

До часа Х

Вячеслав Раснер каждый день встаёт в четыре утра, гуляет с собакой и пешком, от социального дома на Садовой, где получить жильё ему помогли волонтёры «Ночлежки», идёт к «Адмиралтейской» к девяти. Стоит на тротуаре у метро за несколько минут до «часа Х» и ждёт желающих послушать экскурсию о домах Невского проспекта, богатых на историю, но почти безызвестных прохожим. Собирает группы три раза день — в 9:00, 12:00 и 15:00, ждёт ровно пятнадцать минут и уходит. Зимой — греться в ближайшем бистро, летом — читать газеты в парке. По воскресеньям экскурсии проводит только в обед, ведь до этого всегда посещает церковь. Как с серьёзным видом поясняет Вячеслав, на его «авторской прогулке» обычно «бывает или никого, или кто-нибудь, или группа сразу из 28 экскурсантов».

История скитаний Раснера началась из-за «излишней доверчивости» ещё в 2005 году. Тогда он вышел на пенсию после долгих лет учительствования и спокойно зажил в окружении, по его словам, всего дюжины, а по показаниям соседей — сразу шести кошек и 18 собак в двух комнатах коммунальной квартиры. Такой зверинец не понравился остальным жильцам, и дело закончилось судом. Вскоре нашёлся компромисс: знакомый посоветовал обратиться к человеку, который подсобит с поиском квартиры. Риелтор действительно помог: разменял две комнаты на подходящее жильё. Туда-то вскоре и ворвался «некий молодой человек». С претензией и документом, что квартира — его, а Раснер жить там права не имеет. Вячеслав спорить не стал и ушёл. У дверей единственной родственницы-кузины получил совет: «Иди, откуда пришёл!» — и решил ночевать на улице. Впервые в 2010 году.

Каждый день Вячеслав Раснер встаёт в четыре утра, гуляет с собакой и пешком идет до «Адмиралтейской». Бездомный экскурсовод ждёт петербуржцев и гостей города на три экскурсии в день в любую погоду. Выходной только в воскресенье — в этот день Вячеслав Романович ходит в церковь.

Фото: Sinkabout

Дети из колонии

Охранники на замороженной стройке на Первой Красноармейской, наверное, и не представляли, что шестидесятилетний бродяга, который здоровался с ними каждый вечер по пути к «жилищу» на верхнем этаже одного из законсервированных домов, в прошлом — школьный учитель географии. Раснер до сих пор любит вспоминать то время, когда работал с детьми, в свободное время подрабатывал экскурсоводом Петропавловской крепости, а в молодости объехал всю страну и «не добрался только до трёх столиц — Ашхабада, Еревана, Душанбе».

— Меня спрашивают: «Зачем в Ригу едешь, где ты там остановишься?». А там родная кровь. Там живут родители жены родного брата жены сына родной сестры моей матери! — шутит он о своих первых путешествиях.

Он не был женат, но в свои 68 верит: это лишь из-за того, что «козерог, а все козероги поздно женятся» — вот и мать вышла замуж в 37. У Раснера нет родных детей, зато приёмных в его жизни двое. Они появились внезапно и друг за другом: просто взрослые мужчины Паша и Женя пожаловались на нелёгкую судьбу и детдом и попросили Вячеслава быть их отцом. Один из них — Женя — большую часть жизни сидит по тюрьмам. Раснер вспоминает, как однажды тот позвонил и попросил назвать номер банковской карты и «три цифры сзади». Когда пришёл за пенсией, её не оказалось.

— Можно деньги забрать и из мест не столь отдалённых! — вспоминая об этом инциденте, Раснер удивлённо смотрит в лицо собеседнику и почему-то растерянно улыбается, будто бы спрашивая: «А не удивительно ли?». При этом делится прегрешениями «деточек» охотно — в тоне нет обиды и как бы слышится: «Сыновья — какие есть. Зато ведь есть».

Оба «мальчика» могут и кричать, и позвонить Вячеславу и в 11, и в 12 ночи по своей надобности, «хотя и знают, что папа рано отходит ко сну». «Предать их» ещё раз, как сделали их родители в детстве, и отказаться от такого родства он не может, да и, кажется, не сильно хочет.

Фото: Sinkabout

Когда его названый сын Женя выбил «папе» зубы, тот рассмеялся ему в лицо. Экскурсовод и сейчас смеётся и широко разевает рот — в щели над пушистой бородой торчат лишь обрубки-пеньки. Точно так, когда однажды сосед-милиционер, которому надоели многочисленные питомцы бывшего учителя, взял его за грудки и начал трясти на лестничном пролёте, выдыхая в лицо «Ты, *****!» (ругательное слово — прим. ред.), Раснер широко улыбнулся и повторил детскую присказку про «кто как обзывается». Получил поток ругани и остался невредим.

Женат Раснер никогда не был, но дети у него есть — два названых сына. Один из них — Женя — большую часть жизни сидит по тюрьмам. Оба «мальчика» могут и кричать, и позвонить Вячеславу и в 11, и в 12 ночи.

В разговоре с Вячеславом не поймёшь, где тут правда, а где выдумка: человек в коричневом тулупе с воротником говорит много и охотно, но вот всерьёз — никогда. На просьбы рассказать о семье или своей первой «бездомной» экскурсии поначалу говорит насмешливо и голосами тех, о ком вспоминает. То шепелявит, то пищит, а потом быстро переводит тему на «девочек Лизу и Катю» — двух его кошек, названных в честь императриц.

Точно так, как Женя и Паша, поступает и его сосед по социальной квартире — пьяница врач-психотерапевт Лёша. «Лёша пьяный, Лёша не просыхает», — констатирует Раснер и подробно описывает, как однажды Лёша выломал дверь и умыкнул все накопления с экскурсий, в другой раз — забрал одеяло. Совсем недавно исчезла самая ценная вещь в доме — книга «Невский проспект: дом за домом».

Именно из-за этого произведения Раснер и стал экскурсоводом.

Фото: Sinkabout

Книга всей жизни: из бездомного в учёного

Став бомжом, Раснер просил милостыню на Горьковской и ходил по городу — одновременно изучал центр Петербурга и пытался выжить. Греться в библиотеке имени Маяковского было удобнее всего: там «добрые девушки в отделе краеведения» всегда помогали с выбором книг и разрешали оставаться допоздна. Когда на глаза бездомному попалась работа про дома на Невском, он прочёл несколько страниц и внезапно запомнил их наизусть. На то, чтобы выучить книгу дословно, пересчитать все предложения и нигде не сбиться, ушло несколько месяцев. Раснер запомнил всё.

Сейчас рассказ о «доме с колоннами» на Невском проспекте, 18 занимает у него четыре минуты. Экскурсовод не говорит, а скорее декламирует, будто бы читает с листа. Обилие дат и фактов: здание построено в таком-то, перестроено потом, тут был Пушкин, отсюда же уехал на дуэль.

— Вопросы есть? Тут ровно сорок девять предложений, — сообщает Вячеслав и лукаво смотрит на присутствующих.

Первые экскурсанты подошли к странному человеку у метро, когда увидели табличку с названием прогулки, которую он повесил на верёвке на груди. Люди приходили, слушали, поражались академичности и оставляли намного больше назначенной суммы. Хотя о конкретных суммах экскурсовод не говорит — каждый оставляет столько, сколько может и пожелает.

Фото: Sinkabout

— Подошёл ко мне господин, попросил провести экскурсию. Дошли мы с ним до площади Восстания, а он говорит, что устал, дальше не пойдёт. А я только решил его довести до Александро-Невской лавры, чтобы он поставил свечку о том, что экскурсия наконец закончилась, — посмеивается Раснер. — Клиент вынимает из одного кармана бумажку, из другого, даёт мне 1350 рублей. «Господь с вами, — говорю, — 500 рублей за себя, но получается, ещё 500 рублей за кого-то отсутствующего и 350 рублей чаевые!». Протягивает и сообщает: «Вы знаете, Вячеслав Романович, я петербуржец, но только сейчас такое узнал о Невском!».

Летом 2018 года на экскурсию приходили итальянцы, до этого были и французы: приезжали группой вместе с переводчиком. Гид исключений не делал, ждал их на «Адмиралтейской» с потрёпанным пакетом в руках. Теперь, забирая деньги, шутит, что каждый участник прогулок мог бы «заплатить в евро».

Фото: Sinkabout

Узнав историю бездомного экскурсовода, петербуржцы решили помочь: сначала давали милостыню, через какое-то время начали приносить горячую еду. Восстановить документы ему удалось благодаря волонтёрам «Ночлежки», и именно один из них — Светлана Котина — предложила Раснеру проводить экскурсии про дома на Невском и завела группу во «ВКонтакте». Сейчас в паблике «Прогулки с Раснером» больше 19 тысяч человек. Помимо экскурсий, бывший учитель попрошайничает до сих пор. Объясняет это словом «привычка». Петербурженка Любовь — «поклонница таланта», которая помогла получить своему другу социальное жильё, — часто разбавляет посты с благодарностями и восторгами «сводками» о нынешней ситуации.

— Как вы все знаете, Вячеслав, несмотря на то, что сейчас больше не является бездомным, продолжает вести жизнь человека без крыши над головой, и ему сложно отказаться от привычек бездомного. И многие люди этому только способствуют. Ему не нужно столько еды и всякой всячины: это очень дезорганизует и захламляет его дом. На самом деле он нуждается в ежедневном нормальном горячем питании, чистоте и уюте дома, а также создании новых привычек, которые появятся, если он прекратит попрошайничать. Нужно заняться благоустройством своего жилья и оплачивать самостоятельно труд помощницы по хозяйству. Мы договорились об этом. Начать надо с главного: с его здоровья и урегулирования ситуации с администрацией социального дома, — призывают друзья Вячеслава.

У Вячеслава Раснера действительно нет сейчас своего дома, но это не главное, что его беспокоит. Сейчас наш герой хотел бы приобрести новый экземпляр книги, с которой началась его история — «Невский проспект дом за домом», — взамен той, что украли. Поэтому редакция Sinkabout запускает социальную акцию: вместе с вами, нашими читателями, мы соберём денежные средства на покупку книги и на то, чтобы сделать Вячеслава Романовича счастливее. С горячим питанием и временным жильём Вячеславу Раснеру помогают волонтеры. Мы бы хотели предложить вам поучаствовать в «культурной адаптации» петербургского экскурсовода — сводить его в парикмахерскую, а также сводить его в театр или на выставку. Новости о сборе средств мы будем выкладывать на нашем сайте и в наших группах в соцсетях.

8500
Написать свой комментарий...